Осетинский язык. Общая справка

Осетинский язык принадлежит к иранской группе индоевропейских языков. К северной части восточной подгруппы, которая на сегодняшний день практически полностью исчезла. Живыми представителям северных восточно-иранских языков остаются только осетинский и ягнобский (один из малых языков Таджикистана; этот ближайший по генетической классификации язык осетины не понимают).

Осетинский восходит к языку скифов-саков-сарматов-алан, которые жили к  северу от Черного и Каспийского морей, а также в предгорьях Кавказа (конечно, наряду с другими кочевыми и полукочевыми племенами). Письменных памятников на аланском языке практически не сохранилось — наиболее известна Зеленчукская надпись греческими буквами, сделанная веке в 10-м, которую можно понять на дигорском диалекте осетинского языка. Информацию о языке скифов черпают в основном из описаний иноземных авторов — прежде всего по именам видных скифов, каковые имена часто были «мотивированными» словами. Есть исторические и  этимологические доказательства тесных контактов скифских племен с  предками современных венгров и славян, других народов.

Современный осетинский язык сложился в результате смешения аланского населения, ушедшего от нашествий монголов и Тамерлана в горы Центрального Кавказа, с уже проживавшим в этом районе аборигенным населением (предположительно, кавказской языковой группы). В  результате язык обогатился непривычными для индоевропейских языков явлениями в фонологии (появление смычно-гортанных согласных), в  морфологии (развитая агглютинативная падежная система), в лексике (слова с темной этимологией и явно заимствованные из адыгских, нахско-дагестанских и картвельских языков).

Современная осетинская письменность восходит к алфавиту, созданному академиком Шёгрéном в 1844 году. Тогдашний алфавит был основан на русской графике, но имел много дополнительных символов, благодаря которым достигался, в общем, эффект «одна фонема — одна графема». В 20-х годах ХХ-го века был введен латинский алфавит (в рамках большой моды на латинизацию и планировавшегося перевода русского языка на латиницу). В 1938 году в связи с неудачей мировой революции был осуществлен возврат к  русской графике, причем в новом варианте помимо «базовой кириллицы» осталась одна лишь дополнительная буква æ (слитное написание a и е). Этот символ можно встретить в датском и исландском языках, поэтому он есть в Ворде — меню Вставка/Символ  — и может использоваться в интернете при помощи мнемонической подстановки XHTML — æ (также во многих программах — непосредственно со специальной раскладки клавиатуры). Все остальные «дополнительные» звуки передаются «диграфами» («двузначными» буквами, состоящими из двух символов: дз, дж, гъ, цъ и др.). С тех пор письменность оставалась без изменений. В Южной Осетии в 30-х годах с латиницы был осуществлен перевод на «грузиницу», т. е. письменность на основе грузинской графики… Однако в 50-х и  там был введен кириллический алфавит. У нас на сайте есть полная таблица соответствий между различными системами осетинского письма.

Диалектная раздробленность незначительна. Традиционно выделяют два диалекта: дигорский (распространенный в районе г. Дигора и с. Чикола на западе РСО-А) и иронский (на всей остальной территории). Дигорский диалект можно условно поделить на дигорский и чиколинский говоры. Иронский диалект в  свою очередь делится на несколько говоров — условно три: северный (большинство говорящих), кударский или южный (бóльшая часть осетинского населения Южной Осетии и внутренних районов Грузии, беженцы-южанцы в Северной Осетии, в том числе, большинство жителей селения Ногир под Владикавказом, где проживают потомки переселенцев 20-х годов), ксанский или чсанский (Ленингорский район Южной Осетии, т. е. долина реки Ксани). Различие между иронским и дигорским довольно значительно, говорящие зачастую не понимают друг друга (впрочем, дигорцы обычно владеют и иронским, но не наоборот). Различия между говорами затрагивают фонологическую систему (как правило, регулярные перебои согласных, изменение качества гласных), в  некоторой степени — лексику (в южных говорах больше грузинских заимствований, в северных на месте тех же заимствований — русские корни).

Литературный осетинский язык сформировался на основе иронского диалекта (с незначительными лексическими заимствованиями из  дигорского). Основоположником осетинской литературы считается поэт Константин (Коста) Леванович Хетагуров (Хетагкаты).

Число говорящих оценивается в 400–600 тысяч. Возможно, цифры несколько завышены, но назвать осетинский исчезающим никак нельзя. Особенно сильны позиции этого языка в Южной Осетии. На осетинском языке ведется радио- и теле-вещание, выходят газеты (в том числе полноценная ежедневная газета «Рæстдзинад» («Правда») — ок. 15 тыс. экземпляров), издаются книги (по большей части художественная литература и фольклор), ставятся спектакли. В последнее время литературный статус придается и  дигорскому диалекту: на нем выходит газета, образован Дигорский театр, ведется обучение специалистов по диалекту в Северо-Осетинском государственном университете им. К. Л. Хетагурова.

Примеры текстов на осетинском языке можно найти в разделе нашего сайта, посвященном короткому устному рассказу.

Краткое пособие по чтению текстов:

В фактической литературной норме буква с читается как русское ш, но несколько более свистяще. Соответственно, з — ж.

Лигатура æ читается как русские безударные а или о. Соответственно а всегда читается четко, открыто и достаточно протяженно.

Буква ы не имеет никакого отношения к русской похожей букве (до реформы 20-х годов этот звук передавался чере v) означает неопределенный звук («shwa»), слышимый, например, в русском «ноябрь» между б и рь. Фысс — пиши. Тынг — очень.

У перед гласной и между гласными произносится как губно-губной полугласный (ср. англ. w). Уарзон — любимый, любимая; О, мæ уарзон — о, моя любимая! (или «мой любимый»). Mind your «a»!

Буквы ц и дз (диграфы входят в алфавит как буквы, ср. испанскую ch) читаются близко к русским с и з соответственно (но, на мой взгляд, явно короче и с более четкой артикуляцией).

Глухие смычные согласные с последующим твердым знаком читаются как смычно-гортанные, т. е. артикуляционный аппарат принимает позицию для произнесения согласной, одновременно в гортани образуется повышенное давнление воздуха и, когда смычка прорывается, образуется звук: пъ, тъ, цъ, къ и  чъ.

Диграф хъ читается как арабская q в Quaddafi, как карачаевско-балкарская къ — звук образуется как [к], но активными органами тут являются не язык и нëбо, а корень языка и увула (язычок). Хъ учат произносить через х: попробуй протянуть долгую кавказскую х, в  какой-то момент остановить воздух, а потом произнести из этой позиции хъ.

Диграф гъ читается как звонкое соответствие х. Мæ зынаргъ æмбал — мой дорогой друг/товарищ. Естественно, звонкие гласные на конце слова не оглушаются (во всяком случае, не как в русском языке).

Ударение в осетинском языке падает на первый слог, если он образован «сильной» гласной (о, у, е, а) и на второй, если в первом — «слабая» (ы, æ). Ударение силовое, качества гласного не меняет. Ср. слово «салам» («привет»; с читается ближе к рус. ш!), где обе гласные а читаются открыто и для привычного к русскому языку уха обе звучат как ударенные.

Притяжательные частицы (мæ — мой, нæ — наш и  др.) входят в синтагму и лишены ударения; таким образом «мæ зынаргъ æмбал» произносится в просодическом смысле как одно слово («акцентное слово»); основное ударение я бы поставил в этом словосочетании на а в «зынаргъ», но  природа осетинского ударения делает его почти неуловимым для русского слуха. Вообще, можно говорить о фразовом ударении в осетинском скорее, чем об ударении в каждом слове.